Адмирал Лесовский был мужчина сердитый, с ним лучше не шутить, гардемарину Римскому-Корсакову он приказывал играть перед публикой краковяк из глинковской "Жизни за царя".

- Да у меня пальцы отвыкли от рояля, не могу.

- Как отвыкли, так и привыкнут... Играйте! Чтобы пресечь гулянки, почти неизбежные в портах с дружественным населением, Лесовский издал приказ: всех запоздавших с берега вешать на мачтах. Приказ имел гибельные последствия, ибо честные матросы, и не помышлявшие покидать родину, боялись вернуться на корабли. Ипполит Чайковский вспоминал, что на пристань часто приходил пожилой боцман, не знавший, что ему теперь делать - быть повешенным или оставаться в Америке. "Имевший в Кронштадте жену и ребенка, он выбрал последнее и горько рыдал, обнимая своих земляков, прощаясь с ними на веки вечные". Но один наш матрос, не явившись к сроку на корабль, поступил хитрее. Он завербовался в Потомакскую армию Линкольна, попал в плен к южанам, из плена бежал, снова сражался против рабства, был ранен, вылечился, получил медаль из рук самого генерала Гранта, и все это он успел проделать в рекордный срок - за один лишь месяц. Потом заявился на свой корабль, доложив адмиралу Лесовскому:

- Хорошо погулял. А теперь.., ну что ж, вешайте! Лесовский на глазах у всех расцеловал парня:

- Повешу! "Георгия" тебе на шею...

Коалиция врагов распалась, невольно устрашенная единением двух держав России и Америки; эскадры могли отплывать домой. В эти дни газеты писали: "У обеих стран есть огромные, малонаселенные, но плодоносные равнины; есть неистощимые ресурсы; есть, наконец, великая, еще неизведанная будущность и непоколебимая вера в нее"! Когда же русские корабли вернулись домой, посол США устроил банкет для офицеров.

Текст речи американского посла сохранился: